91d9175f

Анфилов Глеб - Эрэм



Глеб Анфилов
Эрэм
Услышав аварийную сирену, Спасский схватил телефонную трубку. Левой
рукой он набирал номер эксперта по производственной кибернетике, правой
поспешно вертел переключатели защиты...
- Ничего не выходит! Прорыв через стену! - закричал он в трубку.
- Что-что? - не поняли его на другом конце провода.
- Авария! Кремний прорвало через стену...
- Не сработала блокировка?
- Я вам говорю: прорыв через стену!
- Надо срочно ремонтировать.
- Я это и сам знаю. Позвольте использовать Эрэм?
- Эрэм? - Последовала пауза. - Ну, что поделаешь, придется...
Спасский положил трубку и нажал кнопку вызова ремонтной машины. Через
несколько секунд дверь открылась, и в комнату вкатился Эрэм. На Спасского
вопросительно уставились четыре кварцевых объектива.
- В южном секторе сильная течь расплава, - сказал Спасский. - Где
точно, не знаю: кабель телевизора сгорел. Ты запомнил?
- Да, - проскрипел Эрэм. - Какая температура в полости?
- Сейчас тысяча градусов. И быстро поднимается.
- Сколько расплава в кристаллизаторе? - спросил Эрэм.
- Миллион тонн... Запас жароупора слева за входом в полость. Иди, Эрэм,
- сказал ласково Спасский. - Иди скорее.
Эрэм повернулся и мгновенно убежал. Спасский откинулся в кресле,
глубоко вздохнул и потянулся за сигаретой.
Пока Спасский делал первую затяжку, Эрэм кубарем скатился к южному
сектору кристаллизатора, отпер дверь, ворвался в тамбур. Уже здесь было
горячо - около пятисот градусов. Эрэм проверил ритмы своего логического
узла, на это ушла секунда. Чтобы не потрескались кристаллы памяти, он
выждал еще секунду, распахнул внутреннюю дверь и оказался в полости,
примыкающей к докрасна раскаленной, уходящей ввысь керамической стене.
Прямо над ним, метрах в восьми вверху, сверкала белым пламенем широкая
неровная щель, из которой, пузырясь и стреляя искрами, текли струи
расплава.
- Течь обнаружена, - сказал Эрэм по радиотелефону.
- Большая? - спросил Спасский.
- Длина щели три метра.
- Действуй быстрее, - сказал Спасский.
Наплывы загустевшего расплава залили на стене ступенчатые рельефы.
Добраться к щели было трудно. Несколько миллисекунд Эрэм размышлял. Потом
вытолкнул из себя горизонтальный манипулятор, схватил им пук жароупорной
ваты, лежавшей у двери. Теперь надо было подниматься. "Очень высоко", -
подумал Эрэм. Тут же выдвинул нижний подъемник и боковые распорки.
Температура достигла тысячи двухсот градусов. Масло в камере стало жидким
как вода. Эрэм знал, что еще градусов сто оно выдержит, и включил
подъемник.
Из белого асбестового чулка полезла блестящая членистая нога. Масло
сохло, слипалось в морщинистую корку.
- Что ты делаешь? - услышал Эрэм нетерпеливый голос Спасского.
- Поднимаюсь к месту аварии.
- Быстрее! - крикнул Спасский.
Эрэм и сам понимал, что надо быстрее. Но ничего не сделаешь, скорость
подъема - три метра в минуту.
Опираясь распорками о стены, Эрэм полз вверх. Расплав лил сильнее. Щель
расширилась. Снизу, под щелью, образовалась округлая выпуклость.
Раскаленная жижа падала с нее большими, тяжелыми шлепками. Один из них
ударился о распорку Эрэма. Распорка согнулась и соскользнула со стены.
Эрэм покачнулся на длинной ноге подъемника. Массивное его тело потеряло
равновесие. В тот же миг Эрэм выбросил из себя вбок резервную распорку,
уткнулся в наплыв и остановил падение.
- Как дела? - спросил Спасский. - Почему ты молчишь?
- Поднимаюсь к месту аварии, - ответил Эрэм.
Выдвинуть дальше ногу подъемника ему не удалось. Масло закипело. Эрэм
отк



Назад